Здесь поют соловьи

Жительница Минкович вернулась в деревню из Бреста и поняла, что только здесь по-настоящему счастлива

Этот маленький светло-желтый дом в старых Минковичах выделяется среди других ухоженной территорией с множеством цветов и уютных местечек для отдыха. Его хозяйка Анна Степановна Козлова любит почаевничать здесь со своими гостями. А гости у нее бывают часто. Да не обычные, а те, что требуют особой заботы и внимания. Много лет назад, еще когда жила в другом доме, она начала брать к себе на выходные и на каникулы детей, оставшихся без попечения родителей. А теперь вот готова позаботиться об одиноких бабушках, за которыми присмотреть некому или которым надоело сидеть в городских квартирах.

История возвращения

Вообще-то Анна Степановна она только по паспорту. По жизни – Галина. Так ее почему-то звали с детства, так зовут до сих пор. Сама родом из Столинского района. Вышла замуж, уехала в Россию, прожила там 15 лет – и вернулась в Беларусь с двумя детьми. Больше замуж не выходила. 35 лет живет в Минковичах. Зоотехник по образованию, работала в местном хозяйстве. Когда его присоединили к «Беловежскому», продолжила трудиться в нем. И трудится по сей день, сейчас – ночным оператором, хотя ей уже 64.

Около 10 лет назад случилась беда – сгорел ее дом в Минковичах. Где-то в печной трубе на чердаке образовалась щель, вылетела искра – и дом заполыхал. Сама спаслась, хоть и попала в больницу, но лишилась всего. Спасибо тогдашнему директору «Беловежского» Юрию Дмитриевичу Морозу: помог своей добросовестной работнице в короткий срок отстроить дом заново, на том же месте. Галина (давайте и мы будем называть ее так) полюбила этот дом так же, как любила прежний, но однажды, как она сама говорит, «случилось временное помутнение»: решила, что самой, без мужа (а взрослые дети давно в Бресте) содержать этот дом ей очень тяжело. Продала его и купила однокомнатную квартиру в Бресте. Оттуда продолжала ездить на работу в «Беловежский». «Но пожила там зиму и поняла, что сделала глупость, – вспоминает Галина Степановна. – Каждый день себя укорами изводила: зачем я, дура, это сделала? Приеду в Минковичи и хожу вокруг бывшего своего дома, круги наворачиваю. Поняла, что не могу без деревни».

И вот в один прекрасный день звонит ей Николай Будилович, председатель Ратайчицкого сельисполкома, с которым они жили по соседству. Спрашивает: никому из твоих знакомых не нужен дом в деревне? Мол, вышел указ, что ветхие и заброшенные дома надо убирать. «А в какой деревне?» – осторожно поинтересовалась Галина. «И в Минковичах есть», – услышала в ответ. «Мне аж на душе полегчало, – рассказывает моя собеседница. – Оказывается, дом бабы Любы пустовал, а я ее хорошо знала, как и всех в деревне. Приехала в Минковичи, походила вокруг этого дома. Все разваленное, запущенное… 12 лет никто не жил. Бабушку дети забрали в город. Она там умерла, а детям этот дом был неинтересен. Вот я его и купила. Дочка, когда узнала, за голову схватилась: зачем тебе это?»

Теперь этот дом не узнать. Отстроен, отремонтирован, но с сохранением старой деревенской атмосферы. А уж территория как преобразилась! Есть крошечный прудик, увитый по берегу барвинком. Есть качели, на которых можно вытянуться во весь рост. Что-то вроде лежанки с навесом, под которым можно спрятаться от палящего солнца. Буржуйка, в которой даже картошку сваришь – и она превращается в кулинарный шедевр. Каждый уголок обустроен с любовью и фантазией. «Мне здесь так нравится! – не скрывает своей радости Галина Степановна. – Вечером поют соловьи. В туе гнездышко нашла – птенцы вывелись. Аисты кружатся. Родник рядом, хочу его благоустроить, скамейку красивую поставить».

Дом в Минковичах она зарегистрировала как агроусадьбу. Называется «У ручья».

Чужой беды не бывает

Как к ней попали «чужие» дети? Заболела семилетняя внучка – внезапно и тяжело. Два года девочка провела в Боровлянах, полгода вообще не могла ходить. Галина приезжала к ней, как только выпадала такая возможность. И вот однажды, когда она очередной раз была в Боровлянах и находилась с внучкой в молельной комнате, по ТВ показали сюжет про детей из детских домов. «Они брошены» – называлась передача, и название ее почему-то очень зацепило. «А почему эта девочка, такая здоровая и красивая, не со своими мамой и папой?» – спросила одна из пациенток больницы, тоже смотревшая сюжет. Выслушав немного сбивчивое объяснение, с гордостью сказала: «А вот нас, хотя мы так сильно болеем, мамы не бросают!» Детей увезли на процедуры, а Галина опустилась на колени и начала молиться. «Господи, – повторяла она опять и опять. – Помоги моей внучке выздороветь. Я буду помогать вот этим брошенным детям, я все что хочешь сделаю, только пусть она выздоровеет!»

Даше сейчас 17 лет. Нельзя сказать, что случилось чудо и она полностью выздоровела. Нет, ей нужно постоянно принимать таблетки и наблюдаться у докторов. Но она закончила школу (училась на дому, а последние два года даже ходила на занятия) и, как и положено девушке в 17 лет, строит большие планы на будущее.

А Галина свое обещание сдержала. Буквально на следующий день после возвращения домой позвонила в органы социальной защиты и рассказала о своем желании помогать детям-сиротам. Так в разговоре всплыла Бучемлянская вспомогательная школа-интернат. «Но вы же знаете, что там детки особенные?» – предупредили ее. Она отмахнулась: дети есть дети. Оформила все документы, поехала в Бучемлю, познакомилась с директором – Жанной Николаевной Кравченко. В итоге на следующие выходные у нее в Минковичах, еще в прежнем доме, уже гостили две девочки 8 и 9 лет – ровесницы ее внучки Иришки. Они потом очень сдружились, до сих пор отношения поддерживают. Так и повелось: вначале на выходные, потом на каникулярную неделю, а потом и на все лето. И не только эти две девочки. «Приеду за ними в Бучемлю, а мою машину дети со всех сторон обступят и галдят: а меня возьмете? А меня? – вспоминает Галина. – Я, когда туда ехала, всегда не с пустыми руками. Пирожков целый противень напеку, или пирогов, или печенья. Они это все расхватают, но им так хочется ко мне! Спрошу Жанну Николаевну, если разрешит, командую: кто сядет в машину, тот и едет. Так вот чуть ли не все девочки из интерната у меня и перебывали».

Она опекала этих детей 11 лет. Одним помогла найти родственников, и они теперь общаются (однажды для этого пришлось ехать за 400 км), с другой девочкой ездила встречать ее маму, которая как раз выходила с тюрьмы… Да, большинство этих девочек были из неблагополучных семей, и детство у них было трудным, и «особенными» их называли не просто так. Пугливые, дикие, не знающие, что такое материнская ласка. Но к своей тете Гале они привязались, как к родной. Даже когда интернат в Бучемле расформировали и детей перевели в Антополь, они продолжали гостить у нее. Прошлое лето тоже провели в Минковичах.

А теперь выросли. Кто-то из ее «подопечных» вышел замуж и родил своих детей, кто-то поступает учиться дальше. Внуки из Бреста, конечно, приезжают постоянно (а их у Галины Степановны пятеро: старшей 22 года, младшей – два), но ей этого мало. «Я не могу одна. Мне хочется о ком-то заботиться, кому-то готовить», – признается Галина.

Так в ее жизни появились пожилые люди.

«Как в санатории!»

Собственно, они были раньше. Была соседка Женя, с которой они рядышком прожили 27 лет, дома через дорогу были. У нее судьба трагическая: муж умер, одна дочка погибла, вторая сидит в тюрьме. Осталась бабушка одна, после инсульта – «на социальной койке» в Высоком. Галина Степановна ее там часто навещает и время от времени забирает к себе домой на день-другой. Бабушке Жене у нее очень нравится. С другой бабушкой она познакомилась в больнице, куда попала после пожара. Баба Надя, которой тогда было 83 года, ухаживала за ней и смачивала ей губы мокрой марлей, когда очень хотелось пить. Они подружились, и Галина, выздоровев, все время, пока бабушка была жива (а умерла она только два года назад), брала ее к себе в Минковичи. «Я тут у тебя, Галя, как в санатории», – любила повторять ее гостья…

«Мне все время хотелось сделать для стариков что-то хорошее», – признается Галина Степановна. И когда в прошлом году ей предложили поучаствовать в социальном проекте «Поддержка женщин в фермерстве, агротуризме и ремесленничестве», который реализует БОО «Отдых в деревне», без колебаний согласилась. Проект предусматривает обучение 500 женщин, проживающих в сельской местности, азам предпринимательства, а 50 победительницам обещана финансовая поддержка. Галина Степановна в число победителей не попала, хотя прошла в первую сотню, но не сильно огорчилась. «Учеба и тренинги в рамках проекта дали мне очень много. Мы много общаемся между собой¸ обмениваемся опытом и идеями. А то, что я задумала сделать, сделаю все равно».

А задумала она сделать крытую беседку, что-то вроде павильона, где можно и в непогоду общаться со своими пожилыми гостями. «Я не хочу устраивать у себя на усадьбе банкеты, свадьбы и молодежные тусовки, – говорит она. – Я люблю тишину. Хочу принимать пожилых людей, которые сидят в городских квартирах и скучают по свежему воздуху и деревенским продуктам». В доме она одновременно может разместить 4-5 человек, не больше. Причем одна гостевая койка особенная: матрас, как раньше в деревне, набит соломой, а подушка – сеном с душистыми травами. «Это подушка-сплюшка, – объясняет хозяйка. – На ней, знаете, как спится!»

Но дом – это дом, причем маленький. В нем только спать. Вот почему Галина Степановна задумалась о крытом павильоне. Приценилась купить готовый – очень дорого. Пошла на прием к директору «Беловежского». Александр Алексеевич Дунькович идею поддержал и обещал помочь, потому что дело хорошее.

А еще в планах у нее – обустроить пруд, в котором уже плавают рыбы. И расширить зону отдыха. И вообще идей – выше крыши.

Вот неугомонный человек…

Елена ТРИБУЛЕВА

Фото автора, Виталия ДУЛЕВИЧА и из архива редакции