Жительница Глубокого Угла живёт в… вольере

Автор Комментариев нет Поделиться 306 просмотров

Если бы я вам сказала, что знаю бабушку, живущую… в вольере, вы бы мне поверили? А зря!

В сознании обывателей слово «вольер» сразу ассоциируется с небольшим клочком земли, обнесенным сеткой. И мало кто знает, что вольеры могут охватывать территорию в несколько десятков гектаров – участок в звероводческом или охотничьем хозяйстве. Именно на таком огороженном участке оказалась деревня Глубокий Угол. И о жительнице ее – Марии Панько – хочу рассказать нашим читателям.

Пока мы с председателем Каменюкского сельисполкома Сергеем Богалейшей добирались к населенному пункту, смогли полюбоваться лесными красотами, увидели плотины, выстроенные вдоль дороги хозяйственными бобрами, и обсудили прелести и опасности жизни в таких «растительных» условиях.

Домик Марии Андреевны поразил нас: он, словно бы из сказки, стоит на небольшом участке, поросшем травой, в окружении девственного пущанского леса. Во дворе – беседка, несколько лавочек и качели на цепях. Мирно прогуливаются домашние животные.

Разговор с жительницей Глубокого Угла начался с обсуждения приключений. Но об этом – позже. А вот ее детские воспоминания уносят в военные годы. Когда Маше было семь лет, немцы сожгли их дом и увезли семью в другой район, к богатому поляку. Родители и старший брат Марии трудились, а она с младшеньким пасла коров или побиралась. Об этом времени женщина говорит с ноткой грусти: «Совсем маленькая была, а уже так голодала!» И действительно, хоть хозяин и был зажиточным, однако, и скупым: детей своих невольников кормил в основном картошкой. Немцы выдавали на семью одну буханку ячменного хлеба в неделю. Дети вынуждены были ходить на железную дорогу в надежде поживиться у проезжих (и даже немцев) хоть чем-нибудь. Моей собеседнице вспоминаются сухарики, поджаренные на растительном масле, – ими угощали детей венгры. Ребятня иногда ходила и по домам, где сердобольные женщины ребятам постарше давали хлеб с салом, а ей – вареное яйцо. Девочка была счастлива от такого гостинца.

В Глубокий Угол переехала, когда вышла замуж. Ее супруг Владимир Тимофеевич семь лет своей жизни посвятил службе в армии, после работал директором местного клуба, а Мария, трудившаяся до этого кассиром, пошла в колхоз. Со временем родились детки: Мария, Владимир, Сергей и Коля. Работы дома всегда было много.

* * *
Сейчас Мария Андреевна живет с младшим сыном. Николай работает в пуще, поэтому маму надолго одну не оставляет. Часы, когда сын на работе, скрашивает игривая кошка Маркиза. К слову, пока мы беседовали, шалунья несколько раз испугала и рассмешила: цапала под столом мои ноги, а вдоволь наигравшись с корреспонденткой, разогналась – прямо в тапок головой – и «поехала» по гладкому полу вслепую.

Кроме трехмастной непоседы, к бабушке заходят и другие мохнатые гости. Так, однажды женщина услышала стук в дверь. Естественно, спросила, кто там. В ответ – тишина. Однако, спустя несколько мгновений стук повторился. Решив, что это подвыпивший путник, Мария Андреевна смело заявила: «Не пущу!» Но гадать, что это за незваный гость, долго не пришлось: рогатый зубр смотрел на хозяйку жилища прямо в окно. Помогла смекалка: подожгла газету, вышла во двор и прогнала «факелом» царя пущи. Косматый зверь нехотя побрел в лес.

С зубрами была связана еще одна, но уже драматичная история. Как-то пошла Мария по желуди, насобирала два ведра и уже возвращалась. Но вдруг дорогу ей перешло косматое семейство. Недолго размышляя, со словами «кушайте, кушайте» женщина поставила ведра на землю и… забралась на ель. Самый маленький зубренок долго смотрел на «скалолазку», а двое постарше, одна из которых точно была мама, не оставляли детеныша. Когда звери ушли, казалось, можно возвращаться домой. Ан нет! Та же троица спокойно стояла на дороге. Но в лес уже не повернешь, пришлось тихонько пробираться к дому.

А недавно к жительнице отдаленного населенного пункта забрело стадо даниэлей. Слабовидящая женщина думала, что собаки, и крикнула непрошенным гостям. Все животные сиганули через забор, а один из малышей не смог, и кричал, упершись лбом в штакетник. «Ну, все, будешь ты мой», – уже про себя промолвила хозяйка двора и только схватила олененка за лапку, как он, выбив доску из забора, убежал за семьей.

Встреч с дикими кабанами моя собеседница тоже не боится – обычно эти животные сами те еще трусы, но знает, если слышен визг поросят, хорошего не жди: кабан, защищая выводок, задерет насмерть.

* * *
Сейчас Марии Андреевне 83 года. Хоть она слабо видит, да и ходить трудновато, однако сама приготовит покушать, кое-что сделает по дому. В завершение беседы мы посмотрели семейный альбом, сфотографировали, поговорили о жизненных наблюдениях и погрустили. В возрасте 57 лет умерла Мария – старшая дочь. Поэтому забота о маме сейчас на мужчинах. Переезжать в город старушка не хочет: она любит свою деревеньку, окруженную лесом, свой небольшой, но очень чистый и уютный домик. Сын часто читает ей газеты и рассказывает последние новости.
Беседа с Марией Андреевной длилась около часа, и мне было интересно слушать повествование, полное доброго юмора, житейской мудрости и грустных воспоминаний.

Фото Сергея БУЩУКА.

Предыдущая статья

Как научить детей играть в «живые» игры?

Следующая статья

Рядом с деревней Кустичи на 42-х гектарах хозяйничает Андрей Пилипчук

Вам также может понравиться

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *